мальчик шёл по тротуару, а потом его не стало

Круги от катеров весёлых...

Круги от катеров весёлых
Росли как кольца тополей
И, перепутав свои воды,
Похожи стали на зефир,
Облитый тонким шоколадом,
Он под зубами захрустит,
И мякоть, как червяк дубовый,
По пищеводу побежит.
А жук-навозник дело знает
И у ворот добычу ждёт,
Минуты по запястью ходят,
Их жизнь течёт наоборот.
Цепная цепь себя укусит
За неукраденный чеснок,
Младенец мамку хороводит…
А леший муженька в лесок
Затащит и, закрыв обличье
Своей дубовой наготы,
Он одевается в девичье
И как ребёнок рвёт цветы.
И люди женятся на ведьмах,
А хвост торчит из-под фаты,
К рогам убогим дополненьем
Готовы стать на ощупь мы.
(Слепые знают форму тела,
Чужой рукой возбуждены).
Рожденье старостью разбавить,
Ребёнка бабушкой кормить,
И всю любовь её направить,
Чтоб за неё внучёк мог жить…

А в старухе как и в мухе
Привлекает лишь одно:
На липучке, на верёвке
Они лягут под стекло;
Это, внучек-твоя бабка,
Её муха укусил,
Вмиг старушка вся распухла
И упала, закатив
Зубы, зубы золотые,
Инородные, вставные
Под старинную кровать,
На которой сладко спать
Было бабушке всегда,
Все 132 года;
Нам конфетки завещала
И вернуться обещала
Через пару сотен лет
С рюкзаком большим конфет…

Стул летает. Я стою.
Никого я не могу
Карамелькой угостить.
Стол накрыт,
А дверь храпит…
Перестук с загробьем дней-
Вот обед души моей.

А часы, что на руке
Спорят с братом на стене,
Но реальное число
Нам познать не повезло.
Может, завтра будет ноль?
На него я сокращу,
В измерение незримое полечу.
Там-обратно старики все в детей,
А младенцы заползут в матерей,
Что запрыгнут ко мне под ребро,
И я выплюну как злое число
Недотронутую долю плода,
Отличившую зло от добра.

август 1999

ЛИТЕРАТУРНАЯ СЛУЖБА  © 2002