 |
||
 |
 |
|
|
|
|
|
|
|
|
Вспоминать ничё не будем...
Вспоминать ничё не будем, не отсевши от окна,
Проходящее безлюдье наступает нас всегда.
И желая без желанья перенять соседа дар,
Ты заглянешь в книгу; книга средоточится как пар.
Время когда та нить...
Время когда та нить поезда изда река
Рябь ли изменит состав ты ли дождёшься когда
По соседству...
по соседству будем жить: ты - держись.
за забором - и малина и жизнь.
только если наползает туман,
сразу видно всё в сомнении нам,
На тёмном сразу виден поезд...
на тёмном сразу виден поезд, лишь высунет подлиньше хвост,
лишь тоненький флажок утонет лишь проводник, лишь перенос
из этой дальности бесчуства в тудаль, где ждуться не дождут,
когда ты тоненькое чувство, расшевелив, оставишь тут,
Зима и зооад
ты смотри: собаки гуляют, следом пары идут изо рта,
проводастые галки слетают, попадая в раздел "Красота".
из окна не различные люди то упали, то палкой взмахнул,
сухоглазый репейник по шею коротышка в снегу утонул
Вике
ты стоишь в одной ноге,
пятку левой поднимая,
где на бёдер высоте
ощупИ занозу с краю.
Ире, Антону
Продолжайся и не хнычь: три ещё прожить по двадцать,
Мальчик ходит под пальто как молекула мутаций.
Словно жди того числа, словно золушка, хрусталик
Выгибая, видит: лошадь превращается в лошарик;
Мамочка маленькая...
Мамочка маленькая ещё меньше от холода чернота наперевес - сумка с вещами.
ты бы приехала. куда ты поехала? снег же поднялся, ну и что, что не обещали.
прям представляю. язык не поворачивается ключ. в доме воздух холодный колом стоит,
а ты приезжаешь, отдёргиваешь занавеску несчастную с нитками. в радио батарейка молчит.
Навещая всё ту же квартиру...
Навещая (всё) ту же квартиру, аккуратнее входит я:
ещё кошка помнит, кресло примет, ещё стол отразимым показывает меня;
нет комнаты, чтобы ни было о ней - ничего вспомню (не важно: ухожу или хожу) -
обоев других не будет, как мечтала, отодрав в углу;
У темноты, откуда ни зайди...
у темноты, откуда ни зайди, стоять, стоять в полупотьме
и, от платформы уходя, прищурить глаз на рыжий свет,
идущий мягко со столбов, маршрутно пялясь на такси,
вертела ночь хвостом листвы. ещё так долго, мало сил,
Неопровержимая картина моря
укропы-пауки планируют над супом, желтея из зелёных в отрывистых руках,
мой нос над той же кухней, внимает тот же запах, который оборвётся лишь мама как умрёт.
и я, из стенок глядя, из полок и кофейниц, укропниц и солонок и рыжих муравьёв,
передаю рецепт варёного укропа, когда добавит масла чуть мама и уйдёт.
Общие черты памяти
В тех огнях, - которых много, только мало ли чего, -
сени в свете, Лена в теле в сад идёт безо всего;
и внутри того огнива расширяются глаза,
и душа на звёзды дышит как - прозрачкой стрекоза.
Почему-то в стёклах сквозь жёлтую Волгу...
почему-то в стёклах сквозь жёлтую Волгу
пробежала собака, проплыла голова
в облепивших трусах, с проводами волос.
сквозь пыль на стекле проплывает вода.
обожаю свои руки...
обожаю свои руки: эти грабилки: и смородину и землю с жуком
обираю бережно божью коровку, спятившись задом, весь куст насеком.
И там где ты однажды...
и там, где ты однажды - ты много много раз
одна и много ходишь один и тот же час.
одно и то же рядом отныне и аминь:
минтая кошка ждёт, а, а больше нет причин
изведанным до дряни, до лазанья под лифт-
ключом в каком кармане вскрывать квартиру спит.
Тотот ли ты...
тотот ли ты, что и на днях тех, что дрожать в красных потьмах.
всполохом ртуть-озеро вниз только спустись, только нагнись-
вспять побегут мошки к руке вспять холодок вспять на песке
то, что найдешь-не отыскать можно щекой можно дрожать
Свет хорош, я стал увидел...
свет хорош. я стал увидел
его не просеешь, его не сожмёшь.
всё на месте в комнате так с детства,
ничему не взяться и не деться.
Все ботинки так похожи...
все ботинки так похожи, что различие-одно:
из лосиной кожи вылит, есть ли дырка, нет пятно.
зашнуруешься гадюкой, сбросишь кожу как комар
пролетев припёком сбоку выливает алый шар.
Нечаянное
зови меня, покатого и старого обратно в свои объятья крепкие, как слипкий снег, и ветками
ресниц прижмись к лицу. за пазухой твоей щеки лежат полозные коньки с конфетою
сосальную, на вкус - необычайную, как море за заходом, голландским теплоходом.
А ты бери меня за пазуху...
а ты бери меня за пазуху и грей мизинцы на ногах,
в кавычках рук всё обращается: закатных яблок веток взмах.
переделившись одеялами, как будто было не одно,
всё наконец-то прикасается, как для слепых в ручном кино.
|
ЛИТЕРАТУРНАЯ СЛУЖБА © 2002 | |
|
|
|